Онлайн-Книжки » Книги » 🔎 Детективы » Фамильные ценности - Магдален Нэб

Читать книгу "Фамильные ценности - Магдален Нэб"

185
0

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 2 3 4 ... 58
Перейти на страницу:

Если вам трудно понять, как много может значить крошечный глоток воды, то, конечно, еще труднее поверить, с каким нетерпением я ждала возвращения похитителей. Я сама с удивлением осознала это, когда забрезжил рассвет. Сначала я заметила слабое очертание собственной руки, потом призрачные тени камней вокруг, огромную металлическую скобу, к которой меня приковали, выход. В пещере не было по-настоящему светло, но, если я могла различать все эти предметы, значит, снаружи был солнечный день. Ощутив прилив энергии, я передвинулась за матрац и плоским камнем нацарапала кое-что на стене. Лео поймет, и это убедит его, что писала именно я. Царапала низко, чтобы можно было прикрыть небольшой кучкой камней. И тут услышала голос от входа.

— Лежать! — приказал он. Я оцепенела.

— Ложись на матрац лицом вниз!

Я повиновалась, и кто-то вполз в пещеру. Я услышала, как что-то резали и рвали.

Меня приподняли, на оба глаза прилепили по большому пластырю, закрепив их длинной широкой липкой лентой от виска к виску. Это был не Никотиновые Пальцы. Я узнала голос человека, который кричал в машине: «Я отвечаю за товар!» Попыталась дотронуться до его рук — их размер дал бы мне представление о его росте, — но он ударил меня так, что я упала лицом на матрац.

— Не пытайся корчить из себя сыщика! И не шевелись, пока тебе не позволят. Если расчувствуешься, не советую плакать: под пластырем будет жечь так, что завизжишь.

Они знали свое дело. Он расковал меня. Я хотела повернуться и растереть запястье и лодыжку, но не посмела.

— Становись на четвереньки и ползи за мной.

Я поползла. У входа кто-то вытянул меня наружу и поставил на ноги. Порыв ледяного пронизывающего ветра, уныло завывавшего вокруг, чуть не затолкал меня обратно. Я ощущала огромное пространство, окружавшее меня, запах снега и даже под пластырем чувствовала ослепительный свет.

— Ах ты, мать твою!

— И что же теперь делать?

— Заткнись! Да заткнись же ты!

Главный сердился и, пожалуй, даже паниковал. Я легко узнала его голос, но не была уверена насчет второго, который спросил: «И что же теперь делать?» Возможно, это водитель. Во время поездки он молчал. Флорентийский акцент, сильный и грубый.

— Вы ошиблись, да? Вам ведь нужна не я: недостаточно богата…

Оплеуха.

— Закрой свой поганый рот! Дай левую руку. — Я протянула руку. — Потрогай это, я сказал, пощупай! И не висни, чтобы помочь себе. Просто держись за него, когда идешь. Если он остановится — ты останавливаешься тоже. Когда он трогается — ты за ним. Пошевеливайся! — Он ткнул меня чем-то, похоже, дулом ружья.

Я ощупала грубую парусину рюкзака, который нес впереди главный. Постаралась сделать, как мне велели, и шла, легко прикасаясь к рюкзаку левой рукой. Снег хрустел под ногами. Я знала, что мы где-то очень высоко: не только из-за снега, но и потому, что жалобный вой ветра раздавался снизу, а не сверху. Мы двигались по очень узкой каменистой тропке, которая круто обрывалась справа. Ботинки не подходили для такой грубой дороги, и я постоянно спотыкалась о камни, торчавшие из жесткого наста. Как я могла сохранить равновесие, только лишь дотрагиваясь до рюкзака? Я сразу же врезалась в идущего впереди человека и услышала: «Не висни на мне, сука!» Меня отпихнули и сильно ударили в спину.

— Иди сама! Не тяни за рюкзак и не пытайся, падая, схватиться за кого-нибудь из нас или получишь по морде этим. — Он ткнул дулом ружья мне в щеку, затем вернул мою руку на рюкзак. — Шагай!

Честное слово, я упала совсем не нарочно! Но я промолчала, опасаясь очередного удара. Я хотела поговорить. Хотела спросить, зачем они делают это со мной. Я недостаточно богата. Почему на моем месте не оказался кто-то действительно состоятельный, кто никогда не боролся, кому все далось легко? Возможно, таких людей они имеют право ненавидеть и наказывать. Но не меня, не меня! Я хотела рассказать им, как бедна я была, как много и тяжело работала, чтобы мои дети ни в чем не нуждались. Неужели я не заслужила хотя бы несколько лет покоя между нищетой и достатком? Как глупо и смешно, что меня похитили раньше, чем я рассчиталась со всеми долгами!

Но я не осмелилась произнести все это вслух. Какой смысл? На меня уже повешен ярлык «богатая сука», и я останусь с этим ярлыком для успокоения их совести. Это правда, клянусь. Вы и представить себе не можете, какие проповеди читали они мне неделями, какие оправдания находили для своей жадности и жестокости.

Так что я предпочла идти молча. От ходьбы тело под теплым пальто взмокло, но голова и особенно уши ужасно мерзли. Я больше не чувствовала рук — а должна была держаться за рюкзак. Мне было не до разговоров. Я старалась хоть время от времени согревать одну руку в кармане, но тут же теряла равновесие и соскальзывала с тропинки, ощущая всем телом пропасть. Каждый раз, когда я спотыкалась, меня ругали и били. Мы шли целый день и, кажется, все время вверх, ни разу не остановившись для отдыха. Я знала, что они нервничают и боятся. Что-то было не так. Что могли значить их слова, когда они рассмотрели меня при свете утра? Возможно, я была права: они совершили ошибку и похитили не того человека. Возможно, они проведут меня по кругу, заметая следы, и в конце концов оставят где-нибудь недалеко от жилья. Я не видела их лиц и не смогу их опознать. Значит, им ничто не угрожает.

Не останавливаясь, шедший за мной человек потянулся через меня, достал из рюкзака своего товарища пластиковую бутылку с водой и вложил мне в правую руку.

— Давайте остановимся, — попросила я, — боюсь упасть.

— Шагай!

Я глотнула немного воды, но желудок взбунтовался, я поперхнулась, и вода потекла по подбородку. Я ведь так давно ничего не ела. Он дал мне ломтик черствого хлеба и кусок пармезана. Это было вкусно, особенно сыр, соленый и твердый. Но желудок отказывался принимать что бы то ни было, и я не сумела проглотить ни кусочка. Я пыталась, я поверить не могла, что психологическое состояние может так влиять на главные физиологические потребности. Разве не должно быть все наоборот? В конце концов я просто оставила прожеванную пищу во рту и ждала, пока она совсем размокнет и стечет капля за каплей по пищеводу. Проделала так шесть или семь раз, пока все не съела, и, когда предлагали, старалась пить больше воды. Надо беречь силы. К тому времени я была уверена, что они ошиблись и отпустят меня. Я приказала себе подчиняться им во всем: едва касалась рюкзака левой рукой, еще ниже опустила голову и нащупывала дорогу ногами, стараясь не споткнуться, чтобы не разозлить их, а главное — чтобы не пораниться, ведь мне придется довольно долго идти одной, когда меня освободят.

Я остановилась, когда остановился Рюкзак. Я слышала, как удаляются по тропинке его шаги, — он отошел по нужде. Второй приставил мне ружье к спине. Не знаю, куда, по его мнению, я могла убежать, — я покорно стояла, опустив голову, до возвращения Рюкзака. Тот вновь встал впереди меня, Ружье вернул мою руку на прежнее место и тоже отошел по нужде. И только тогда я поняла, что с нами нет Никотиновых Пальцев. Я подала знак, что тоже хочу в туалет.

1 2 3 4 ... 58
Перейти на страницу:

Внимание!

Сайт сохраняет куки вашего браузера. Вы сможете в любой момент сделать закладку и продолжить прочтение книги «Фамильные ценности - Магдален Нэб», после закрытия браузера.

Комментарии и отзывы (0) к книге "Фамильные ценности - Магдален Нэб"