Онлайн-Книжки » Книги » 🥊 Боевики » Омытые кровью - Сергей Иванович Зверев

Читать книгу "Омытые кровью - Сергей Иванович Зверев"

85
0

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 11 12 13 ... 56
Перейти на страницу:
и даже не Лермонтов.

– Варя, – отозвалась девушка и как-то холодно дополнила: – Хотя вряд ли буду нуждаться в помощи ОГПУ.

Судя по тону, она опомнилась и надела привычную защитную маску отстраненности, при этом намекала, что продолжение знакомства мне не светит. Но я наверняка знал, что продолжение непременно будет. Не может не быть.

Когда я возвращался домой, настроение у меня было приподнятое, казалось, что я сейчас в небо взмою. Много ли для счастья надо? Добрая потасовка с местными, без которой трудно по-настоящему вжиться в новый город. А в награду увидеть строгие девичьи глаза, в которые хочется провалиться без оглядки…

Глава 10

Утренние совещания в отделе проводились пару раз в неделю или чаще, по необходимости. На них обычно предводительствовал сам начальник, и это было хорошо, поскольку он не любил толочь воду в ступе. Донеся необходимую информацию, виртуозно обругав проштрафившихся и кинув скупую похвалу отличившимся, он тут же разгонял личный состав на оперативный простор, считая, что уполномоченного, как и волка, ноги кормят.

Его заместитель Первак, безупречный и труднодоступный для простого человеческого общения, наоборот, обожал лить слова, давать пространные указания, за что-то распекать и что-то требовать, правда, не всегда было понятно, за что именно и что конкретно надо. При нем эти посиделки растягивались на час, а то и более. Тогда наша секретчица Ефросинья Голубкина, типичная такая активистка-комсомолка, сухощавая, с вечной на губе папиросой, которую никогда не зажигала, в красной косынке, напористая, страшно деловая и грубая, демонстративно закатывала глаза и отпускала шуточки на грани приличий в отношении забюрократизировавшегося руководства.

На наших сборищах через раз появлялись оперативники Глеб Пупырышкин и Порфирий Карамышкин. Двое из ларца, одинаковы с лица. Ребята жизнерадостные, полные оптимизма, румяные, здоровые, невежественные. В общем, прямые и вместе с тем тяжелые, как рельсы. Идеальные сотрудники заштатного отдела ОГПУ. Отвечали они за секретно-политическую линию и в основном изучали настроения в сельской местности, где и пропадали большую часть времени.

Еще у нас работала невзрачная и тихая машинистка. Печатала документы и разносила несекретную корреспонденцию. Но на совещания ее не пускали.

В округе было три сельских района, в каждом затаилось по уполномоченному, которые в Углеградске почти не появлялись. Места отдаленные, малоразвитые, оттуда не доберешься, дорог нормальных нет, народ дремучий и взвинченный, так что работы там хватало.

В этот день совещание вел Раскатов. Мы обсуждали новую директиву ОГПУ по заготовкам зерна и борьбе с антисоветским элементом на селе. Начальник разошелся, сыпал непечатными выражениями, долбил ладонью и кулаком по столу. Несчастный расшатанный стол был весь во вмятинах – его хозяин завел привычку срывать на нем свои нервы. А длань у начальника была увесистая, столу приходилось туго.

– Кулак, мироед, спекулянт и зажравшийся советский бюрократ – наши главные враги, – хрясь ладонью по столу. – Они тянут нашу страну к голоду!

И это была сущая правда. Страна только пришла в себя после Гражданской войны. НЭП позволил протянуть какое-то время, но уже уходил в прошлое. СССР стоял перед большими свершениями, от которых зависело все его существование. Необходима как воздух новая промышленность. Сейчас в РККА меньше ста танков и трехсот тягачей на весь Союз, практически нет авиации. А если завтра война? Хронически не хватает тракторов, автомобилей. Пора концентрировать все силы и перестраивать всю экономическую базу. И вся мелкая буржуазия, все кулачество и мироеды, почуяв, что дело для них кислое, пустились во все тяжкие.

– Проблемы с заготовкой зерна для нас вопрос выживания! В городах очереди за хлебом. В тяжелейшем положении деревенская беднота, которой не хватает зерна до нового урожая!

Опять удар по столу – на этот раз кулаком.

– И вся сволочь именно сейчас подняла голову! Вот, – открыл он папку, где были выписки из агентурных сообщений. – Село Литовское. Слова заправского подкулачника: «Хлеб не нужно продавать и нужно всех гнать от себя. Кто будет продавать, тому стоит дать дубинки, а членов сельсовета, разъясняющих населению значение хлебозаготовок, побить».

Раскатов вытащил другой листок.

– Зажиточный крестьянин хутора Тимофеево агитирует: «Советская власть берет хлеб и деньги у крестьян потому, что чувствует себя плохо. Я хорошо знаю, что весной будет война, и если таковая только начнется, то я первым возьму винтовку в руки и пойду против Советов». Войной народ пугают. И предлагают сразу сдаться, а то и перейти к врагу.

Бах – на этот раз мне показалось, что от удара стол развалится.

– Шкуры какие! Это вызов нам! И это угроза срыва индустриализации и социалистического строительства в стране! Пресекать самым жестким образом! Агитаторов, укрывателей зерна, спекулянтов – по всей строгости! Понятно?

Он посмотрел на наших «сельских» оперативников. Те кивнули синхронно. И по моему разумению – это было вполне правильно. Без строгостей тут никак. Распоясались нэпманы с кулачьем, дальше некуда.

– Сашок, тебя тоже касается, – посмотрел на меня начальник. – На тебе город. Экономическая разведка. Ты должен знать все о крупных перекупщиках зерна.

– Будет исполнено! – жизнерадостно отозвался я, демонстрируя предельное служебное рвение. – Вербанем в экстренном порядке.

– А, – Раскатов только махнул рукой, – где там твой порядок. Мы сами с усами. Человечка тебе передам, все расклады выложит по рынку зерна. От сердца отрываю.

В тот же день на явочном помещении, представляющем из себя частную коммерческую конторку на окраине города, состоялась встреча с Султаном.

Осведомитель Султан был смугл, толст, щекаст, лыс, с великолепным крючковатым носом и нарочито хитрыми глазами. Типичный восточный бай по виду. Дорогой летний белый пиджак был ему немножко мал, единственная застёгнутая пуговица так вдавливалась в живот, что казалось, сорвется и ударит пулей. И он все время улыбался, всплескивал руками. Звали его Даниэль Ашурович Бен-Йоханын, был он ассириец по национальности и торгаш по призванию, держал лавку в самом центре города, как раз напротив трактира «Устрицы». Отоваривались у него все уважающие себя и уважаемые другими денежные горожане – и советские чиновники, и инженеры, и нэпманы. Потому что достать он мог абсолютно все и даже больше.

– Прошу любить и жаловать, – сказал Раскатов, тыча в меня пальцем. – Боец молодой, но ухватистый.

– Ох, юный, красивый, – всплеснул руками нэпман так радостно, будто в самый первый раз встретив дальнего родственника, коего всю жизнь мечтал увидеть. – И видно, что неженат. Хочешь, жену тебе найду? Есть на примете – тоже совсем юная восточная красавица. Наша, ассирийка. Лучше ассириек жен нет и быть не может! Верная, заботливая.

Я немножко ошалел от такого напора. Думал, суровый начальник взорвется и поставит много позволяющего себе осведомителя на место, но тот едва сдерживал

1 ... 11 12 13 ... 56
Перейти на страницу:

Внимание!

Сайт сохраняет куки вашего браузера. Вы сможете в любой момент сделать закладку и продолжить прочтение книги «Омытые кровью - Сергей Иванович Зверев», после закрытия браузера.

Комментарии и отзывы (0) к книге "Омытые кровью - Сергей Иванович Зверев"